\ ГЛАВНАЯ /  \ МЫ /  \ ФОРУМ /  \ МЫСЛИ /  \ ГОСТЕВАЯ КНИГА /  \ АРХИВ /





СОДЕРЖАНИЕ


I. Наиболее популярные вопросы

II. "Сердитые" вопросы

III. Сложные вопросы









Ответы на вопросы акционеров
к Общему собранию
ОАО "Рост-Фонд" в 2010 году


Наиболее популярные вопросы


1. Зачем скупали акции в прошлом году и почему прекратили в этом? Когда возобновите?

Через выкуп акций «Рост-Фонд» производит расчет со своими акционерами. Расчет производится из выручки за проданное имущество фонда. Цель - самоликвидация фонда после полной раздачи денег, вырученных за его имущество.

 С начала 2010 года мы приостановили выкуп акций, т.к. потратили деньги, предусмотренные на эти цели. К настоящему времени эта проблема практически решена, но появилась новая - наш регистратор (это фирма подобная нотариусу) потерял право регистрировать сделки покупки–продажи акций, а другие регистраторы требуют оплату, в несколько раз превышающую прежнюю.

Предположительно, что новая проблема будет решена только к концу 2010 года, тем более что к концу года ожидаются большие изменения в законодательстве об акционерных обществах и рынке ценных бумаг, которые изменят правила игры в этом бизнесе. Тогда же, скорее всего, будет возобновлена массовая покупка акций «Рост-Фонда».

2. Какие крупные предприятия остались в портфеле «Рост-Фонда»?

В портфеле «Рост-Фонда» остались 46% акций «Уральского механического завода», 46% акций ОАО «Кузница», 10% акций «Уральскоблгаза», а также ещё около 20 пакетов акций небольших предприятий. За все эти акции в 2010-2004 годах мы надеемся выручить 27-30 млн. тенге.

3. Какова судьба костанайских предприятий, за которые велась борьба в 1999-2008 году?

В течение более года мы отбивали попытки местных властей Карабалыкского района Костанайской области обанкротить наши предприятия: Тогузакский, Смирновский заводы и Кустанайагрореммаш. Но в конечном итоге, несмотря на наши активные действия, в том числе и массовые письма от акционеров «Рост-Фонда», всем этим заводам угрожало неминуемое банкротство. Поэтому, когда в середине 2008 года появился покупатель, мы продали ему пакеты акций этих заводов. Эти деньги и стали тем финансовым резервом, который был израсходован на выкуп акций «Рост-Фонда» у его акционеров в 2009 году.

4. Ваш совет: поспешить продавать акции или подождать?

Сама постановка вами такого вопроса говорит о том, что вы связываете с этими акциями серьезные надежды. Поэтому не продавайте, подождите. Конечно, если эти деньги нужны на «жизнь» - продайте, если нет в них особой нужды - подождите. К сведению - почти все работники фонда свои акции продали в 2009 году, наверно потому, что зная ситуацию о приватфондах изнутри, они не связывали с акциями «Рост-Фонда» особых надежд.

5. Что вы сделаете с деньгами «Рост-Фонда» в случае, если все акционеры продадут акции, а деньги ещё останутся?

Деньги не останутся, т.к. в этом случае мы соответственно повысим цену выкупа акций.

6. Если мы не продадим свои акции «Рост-Фонда», то что с ними будет после его ликвидации?

Поскольку ко времени ликвидации у «Рост-Фонда» не останется имущества, то невыкупленные акции аннулируются, как и те, что будут выкуплены «Рост-Фондом».

7. Чем занимается сейчас управляющая компания, Правление, регистраторская и секретарская фирмы и какова стоимость их услуг для фонда?

Управляющая компания ведет все дела фонда, отчетность, судебные дела, переговоры по акциям, вложение денег в государственные бумаги, переписку с акционерами, и т.д. Правление периодически контролирует финансовую деятельность и стратегию фонда. Регистраторская фирма ведет реестр акционеров и оформляет сделки с акциями, но сейчас ее деятельность приостановлена Нацбанком. Секретарская фирма сама приостановила свою деятельность ещё в 2008 году, т.к. деятельность «Рост-Фонда» многократно упростилась и уже не требует специального контроля над его делопроизводством. Соответственно с того времени секретарская фирма не получает никаких выплат от фонда.

Оплата в 2009-2010гг. производилась только управляющей компании в виде процента от сделок и регистраторской фирме в качестве возмещения ее затрат, но эта оплата покрывала только 70% затрат регистратора на обслуживание фонда.

8. Можно ли приобрести акции «Рост-Фонда»? Можно ли рассчитывать на повышение цен на его акции?

Приобретение возможно после решения вопроса о передаче реестра новому регистратору. Рассчитывать на повышение цен в 2011 или 2004 гг. следует, но обязательно с учетом риска возможной потери вложенных сумм.

9. Каким образом обменять акции «Рост-Фонда» на акции, например, «Уральского механического завода» или на иное имущество  «Рост-Фонда»?

Таких прав для акционеров акционерных обществ не предусмотрено, иначе возникли бы споры вокруг того, какое и сколько из этого имущества можно приобрести тому или другому акционеру и неизбежно было бы нарушено одно из основных прав акционера - равенство с другим акционером, владеющим таким же количеством акций. Поэтому все имущество фонда должно переводиться в деньги и равномерно распределяться между его акционерами.

10. Жители Уральска находятся в более привилегированном положении по сравнению с жителями районов нашей области, т. к. они в любое время могут прийти в фонд, получить новую информацию, продать акции или решить подождать, кроме того им не надо тратиться на проезд и т.д. Как вы решаете эту проблему?

Мы пытались в 2009 году скупать акции через районные отделения почты, как это делали в 1997-98 гг., но это оказалось дорогостоящим и неэффективным мероприятием.

Поэтому мы сделали упор не только на приобретение у сельских жителей акций по доверенности, заверенной местным акиматом (это экономит сельчанам деньги на нотариуса), но и с осени 2009 года разрешили отцу и матери продавать акции за всех членов семьи без каких-либо дополнительных разрешений. Для горожан такой льготы не предусмотрено.

11. Уезжая в Россию, мы хотим продать  свои  акции, но вы их сейчас не покупаете. Что нам делать?

Вы можете оставить доверенность кому-либо из людей, которым доверяете или обратиться в фонд при очередном приезде в Уральск. Иных возможностей, к сожалению, не предусмотрено.

12. Как быть с акциями других фондов и почему вы их не выкупаете тоже?

Поскольку сейчас мы не верим в перспективу фондов, мы и не скупаем их акций, а «Рост-Фонд», напротив, мы выкупаем именно по этой причине, чтобы погасить перед акционерами фонда его обязательства, а затем ликвидировать его как бесперспективный бизнес.

13. Депутаты и правительство с прошлого года обещают разобраться с фондами и наказать виновных. Вы это как-то почувствовали на себе?

Конечно, если за предыдущие 8 лет состоялось всего 4-5 проверок, то за один последний год с середины 2009 года состоялось еще 5 проверок, среди которых две проверки проводились несколькими правоохранительными органами с явным желанием найти конкретный состав преступления. Преступных и даже просто серьезных нарушений у нас не найдено.

14. Почему такой бюрократизм при выкупе акций: не принимаете за членов семьи, родителям на детей надо получать разрешение, заставляете оформлять много бумаг?

Мы сами страдаем от многочисленности этих правил, кроме того, очень много денег приходится тратить на эти процедуры.  Но это требования законов, которые, по идее, стоят на страже интересов акционеров и нацелены на то, чтобы исключить обман и нарушение прав акционеров. Хотя, как нам кажется, для дешёвых акций необходимо было бы продумать более упрощенный порядок покупки-продажи и учёта сделок.

15. Откуда у вас деньги на скупку акций,  не из наших ли дивидендов?

Нет, не из дивидендов, а от продажи имущества фонда: фонд продает имущество и  рассчитывается с акционерами, в результате одновременно уменьшается  как  имущество, так и количество его  акций, а в итоге  это ведёт к задуманной самоликвидации фонда. Источником же дивидендов всегда является прибыль, излишек, которого у фондов нет.

 

II.   «Сердитые» вопросы

1. Многие считают, что вы скупите акции «Рост-Фонда» по дешёвке, а потом воспользуетесь его имуществом в личных целях. Можете ли опровергнуть это мнение?

Это мнение опровергается тем, что акции фонда скупает сам ОАО «Рост-Фонд» через свою дочернюю фирму «Оркос». Деньги на покупку идут от продажи имущества «Рост-Фонда» и его дочерних фирм, что практически одно и тоже. В результате имущество ОАО Рост-Фонд» неумолимо уменьшается, по мере того как в его руках оказываются собственные акции. В конечном итоге фонд останется только со своими акциями, которые и будут аннулированы в процессе его юридической самоликвидации.

Отсюда следует, что единственный смысл скупки акций «Рост-Фонда» состоит в том, чтобы в конечном итоге их аннулировать.

2. А если вы остановитесь на полпути и прекратите покупку акций в то время, когда у «Рост-Фонда» останется ещё, например, 50% имущества, а все активные акционеры, пожелавшие продать свои акции, их продадут?

Эта возможность существует, но как чисто теоретическая, так как уже имеющаяся покупная цена акции в 30 тенге потребует 100 млн. тенге, чтобы рассчитаться со всеми акционерами и оплатить услуги по оформлению сделок. Фонд же сможет выручить только 50-60 млн. Кроме того в случае, если количество акционеров пожелавших продать свои акции, будет меньше 60%, а имущество фонда вырастет в цене гораздо выше ожидаемого уровня, например, до 65-75 млн., Совет Директоров «Рост-Фонда» обязательно увеличит покупную цену одной акции до 40-45 тенге и, тем самым, сверхнормативные доходы войдут в стоимость приобретения акций у оставшихся акционеров фонда.

Зачем это нам нужно? Поскольку существование приватфонда в условиях отсутствия фондового рынка бесперспективно, мы заинтересованы в том, чтобы как можно скорее его ликвидировать и не быть объектом постоянных проверок. Кроме того, существование малодоходного фонда сверх установленных сроков приведёт к лишним денежным затратам на налоги, оплату услуг банков, регистраторов, т.е. к потерям для акционеров. Управляющая компания также является одним из акционеров «Рост-Фонда» и поэтому заинтересована в том, чтобы выкупная цена его акций была достаточно высокой и чтобы «Рост-Фонд» не «проедался».

3. Чем стала приватизация в Казахстане - ошибкой или обманом?

Приватизация в Казахстане была организована не хуже, чем другие реформы 90-х годов. Сама по себе она не была ни ошибкой, ни обманом. Ошибкой была пропагандистская кампания под лозунгом «каждый казахстанец получит частичку общенародной собственности», т.е. ошибочной была идея быстрого превращения социализма в народный капитализм.

На самом деле превращение огромной (большей) части населения в рантье не выдержит даже крепкая экономика, а тем более экономика стран СНГ 90-х годов, в десятилетие своего общего кризиса. Идея перехода от социализма к народному капитализму была ложной идеей, с удовольствием подхваченной средствами массовой информации и чиновниками как плохая, но более-менее понятная замена идеи социализма. Именно здесь основной источник упреков к приватизации.

Но в главной реальной своей цели, цели создать механизмы частной собственности, приватизация кое-что сделала и сделала бы больше, если бы правительство уважало свои собственные решения и не шло на поводу у популистов. Возможно кому-то нужно было заставить людей поверить в идею близкого пришествия народного капитализма, наверно, чтобы люди сильно не держались за демонтируемую социалистическую систему, а потом, как всегда, оказалось легче всего списать неудачу на «плохих» организаторов ИПФ. Но не могут быть ворами и негодяями все 169 руководителей ИПФ, неспособных к выплате дивидендов, среди которых было много компетентных, честных и целеустремленных людей. Значит, причина в общей ситуации, о чем и было сказано выше.

4. Можно ли подать на вас в суд за невыплату дивидендов?

Нельзя,т.к. невыплата дивидендов обусловлена отсутствием прибыли и распространяется на всех акционеров. Если бы одним акционерам мы выплачивали дивиденды, а другим нет, то в этом случае вы могли бы подать в суд.

5. Почему за более чем восьмилетнее существование фонда ни разу не выплачивались дивиденды. Куда вы их дели?

Дивидендов не начислялось в связи с тем, что на протяжении всех 90-х годов экономика находилась в глубоком кризисе, предприятия не только не выплачивали нам дивиденды (за все время их перечислено нам всего 1.5 млн. тенге), но и в массовом порядке ликвидировались, т.е. приобретенный фондами в 94-96 гг. капитал неизменно сокращался. Все фонды в связи с этим хронически убыточными и объём их капитала  уменьшался. В отдельные годы «Рост-Фонд», правда, получал прибыль, но эта прибыль шла на покрытие убытков прошлых лет.

6. Зачем вы организовывались, если сейчас закрываетесь?

Конечно мы надеялись на рост и развитие фонда. Но  один из вариантов для любого фонда, как у нас, так и на Западе - это нарастить капитал, а потом через несколько лет распределить его между учредителями (акционерами) фонда. В Европе и Америке многие фонды создаются на срок: год, три, пять, десять лет. Можно сказать, что и наши приватфонды, хотя и не по своей воле, оказались «фондами на срок», а не бессрочными, как нам мечталось и представлялось вначале.

7. Цена акций настолько мала, что непонятно, зачем затевалась приватизация?

Приватизация была задумана не для того, чтобы одарить всех частичками общенародной собственности, а для того, чтобы заработали очень жесткие отношения собственности, чтобы появились люди и фирмы, которые на свой страх, интерес и риск взялись за управление собственностью и деятельностью предприятий.

Не только в Казахстане, но и во многих странах посчитали, что лучше это сделать через раздачу прав на эту собственность всему населению, чтобы рыночные законы сами определили, в чьих руках эта собственность должна сосредоточиться. Эти цели в ходе приватизации достигнуты только на 10-15 %, а говорить о «народном капитализме» в условиях кризиса и правового бескультурья вообще бессмысленно. Фактически людей попросили поучаствовать в игре под названием «дикий капитализм». Материально люди ничего в ней не потеряли, но потеряли они может быть более существенное - новые надежды на скорое превращение социализма в нормальный капитализм.

8. Мы знаем на что пошли наши дивиденды. На них, например, приобретено это здание. Кому оно останется после ликвидации фонда?

Здание было куплено не на дивиденды, а на деньги, вырученные от продажи акций. В нашем балансе доля акций уменьшилась, а доля основных средств увеличилась. К концу процесса выкупа будет продано и здание, а деньги от его реализации пойдут на завершение расчёта с акционерами.

III.     Сложные вопросы

1. Как влияет на «Рост-Фонд» общее оживление экономики Казахстана и особенно инвестиции в Карачаганак?

Оживление экономики заметно прежде всего в отраслях, связанных со строительством и добычей энергоносителей. Но, как правило, заказы получают новые фирмы, а не старые организации, приватизированные в прошлые годы. Есть положительное и отрицательное влияние экономического оживления: за акции сейчас платят охотнее, т.к. у предпринимателей появились деньги, но, к сожалению, таких акций на руках у фондов осталось мало, одновременно более чем вдвое выросла оплата квалифицированной рабочей силы и некоторых услуг.

В целом же общее оживление экономики скорее показало, что приватфонды остались в прошлом, вместе с большей частью никому не нужных акций предприятий-банкротов. Экономика сейчас в руках не тех, кто приобрел акции бывших госпредприятий, а тех, кто сумел стать одновременно собственником имущества и управляющим денежными потоками предприятий, и кто сумел заручиться постоянной поддержкой в органах власти на уровне Республики или областей.

2. Когда «Рост-Фонд» будет ликвидирован? Каким образом? Вырастет ли покупная цена его акций?

Мы планировали ликвидировать фонд в 2011 году, но в 2010 году пришлось приостановить покупку его акций. Поэтому самоликвидация сдвигается на 2004 год. Может получиться и так, что вместо ожидаемых нами 55-60% акций, которые по расчетам будут предъявлены к выкупу, предъявлено окажется 65-70%. В этом случае дату самоликвидации придётся отодвинуть ещё дальше - на 2005 год, т.к. придется дополнительно выкупить 10% его акций.

Цена акции к концу выкупа скорее всего будет увеличена в 1,3–1,5 раза, а в самом лучшем случае вдвое. Мы создали и поддерживаем резерв на непредвиденные расходы и надеемся на некоторый рост остатков стоимости имущества фонда. При благоприятных условиях это станет источником повышения цен на акции ко времени завершения скупки. Но может получиться и обратное: в связи с неожиданной потерей активов (финансовый кризис, например) мы не сможем расплатиться с «последними акционерами», а созданные резервы только лишь смягчат эту ситуацию.

3. Какова судьба и каковы намерения других приватфондов в Казахстане? Кто из приватфондов ещё выкупает свои акции?

По данным государственной проверки 2009 года из 169 казахстанских ИПФ более 50 прекратили свою деятельность и фактически являются банкротами. Реально же работают всего около 30 бывших ИПФ.

Никто из бывших ИПФ, насколько нам известно, свои акции не выкупает в массовом порядке так, как это делает «Рост-Фонд». Думаю, что из этих 30 в будущем не более 8-10 смогут выкупить свои акции, а дивиденды не способен будет выплачивать ни один бывший ИПФ в силу того, что даже самые удачливые фонды вряд ли будут иметь прибыль на одну акцию, превышающую 15 тенге в год. В этом случае затраты на выплату дивидендов будут сравнимы с самими дивидендами, что делает бессмысленной всю затею с дивидендами.

Скорее всего  одним из 7-10 фондов, который сможет рассчитаться со своими акционерами, будет и уральский фонд «Ак-Жаик», если он в ближайшие 3-4 года сможет сохранить контроль за несколькими западно-казахстанскими предприятиями, такими как Уральскагрореммаш и бывший УПОСМ.

4. Какие альтернативы самоликвидации «Рост-Фонда», пусть чисто теоретические, сейчас существуют?

Можно направить денежные средства на рынок акций самых больших казахстанских предприятий, таких как Народный банк, Казахтелеком. Можно вложить средства в какой-нибудь инвестиционный проект, например, в создание строительной компании или транспортной фирмы. Но следует учитывать, что казахстанский рынок ценных бумаг даже очень крупных предприятий составляет всего несколько десятых процента от капитала этих предприятий и находится под полным контролем их руководства, что любой новый бизнес в Казахстане сейчас очень рискован.

Но главное, необходимо исходить из того, что фонды создавались под идею приватизации большого количества предприятий, т.е. под идею диверсифицированных капиталовложений, а перечисленные альтернативы отрицают диверсификацию и очень рискованны. Они, в случае своего полного успеха, приведут лишь к увеличению цены акции до 50-100 тенге. Это принципиально не изменит отношения акционеров к итогам деятельности фондов, как не оправдавших их ожиданий. Зато в случае неуспеха, вероятность которого 70-80%, мы уж точно не выполним даже минимальных и уже взятых на себя обязательств перед акционерами. Поэтому сейчас для нас нет другой реальной альтернативы, кроме раздачи имущества «Рост-Фонда» его акционерам, причем как можно более быстрой.

5. В балансе «Рост-Фонда» его имущество оценивается в 300 млн. тенге, в то время как вы говорили только в 50-60, в лучшем случае 70-75 млн. Почему такая разница?

В силу нерешенности вопросов об окончательном оформлении результатов банкротства по многим предприятиям, ведь процедура ликвидации зачастую длится несколько лет, они до сих пор числятся в нашем учете. Например, АО «Алматыгаз» в нашем учете составляет 40% имущества «Рост-Фонда» и его «дочек», но с конца 2008 года начата процедура его банкротства, причем его долги многократно превышают оставшиеся в его собственности активы. Кроме того, 2/3 активов фонда находятся в его дочерних предприятиях, уставные капиталы которых ещё не пересматривались, в то время как их активы уменьшились из-за тех же банкротств предприятий и аннулирования эмиссий их акций. Наконец, многие АО учитываются в бухучете по их имуществу на начало-середину 90-х годов, но за это время реально они потеряли это имущество в силу физического и морального износа, т.к. инвестиций в эти годы фактически не было.

Эта разница между учетной и рыночной ценой активов «Рост-Фонда» иллюстрирует общую мысль о том, что приватфонды оказались заложниками реформы 90-х годов, т.к. в течение 90–х годов, в условиях кризиса, активы фондов неизменно сокращались, съедались банкротствами и выбытием основных и оборотных фондов предприятий, но в бухгалтерском учете, по природе своей очень консервативном, это часто не находило своего отражения, приватфонды стали надутыми цифрами пузырями, первое время породившими ложные надежды на собственное большое будущее даже у квалифицированных специалистов, организовавших эти фонды.

6. Что вы намереваетесь делать с выкупленными акциями? Почему их выкупает не ОАО «Рост-Фонд», а какой-то «Оркос»?

В процессе самоликвидации акции будут аннулированы. «Оркос» является дочерней фирмой ОАО «Рост-Фонд» и не может распорядиться выпущенными акциями без его разрешения.

Сам «Рост-Фонд», в случае прямого выкупа своих акций, должен был бы периодически уменьшать свой уставный фонд, а это, при наличии сотен тысяч акционеров, представляется очень долгим, затратным и бессмысленным занятием.

К моменту своей самоликвидации фонд выкупит у «дочек» все свои акции или просто ликвидирует дочерние фирмы, имущество которых в этом случае автоматически перейдет фонду. Одним словом, никаких подвохов в выкупе акций через дочерние фирмы нет. Есть лишь необходимость выполнения юридических формальностей и экономии на оформительских издержках.