\ ГЛАВНАЯ /  \ МЫ /  \ ФОРУМ /  \ МЫСЛИ /  \ ГОСТЕВАЯ КНИГА /  \ АРХИВ /

 



СОДЕРЖАНИЕ

I. Арабский вызов? Что в основе: страх или страсть

II. Запад. Адекватный стратегический ответ?

III. Идеальная арабская стратегия?

IV. "Правосудие без предела"

V. Новый "любимый враг" Америки












Виктор Феллер

АРАБСКИЙ ВЫЗОВ И АМЕРИКАНСКИЙ ОТВЕТ

I. АРАБСКИЙ ВЫЗОВ? ЧТО В ОСНОВЕ: СТРАХ ИЛИ СТРАСТЬ?

ЦЕЛИ ЗАПАДА

Станут ли сентябрьские события точкой бифуркации в мировом развитии - началом длительного нестабильного периода? Или они останутся в исторической памяти лишь запоминающимся страшным эпизодом в долгом раскачивании лодки глобальной западноцентристской системы? Или мы снова живем в двухполюсном мире, и 11 сентября это стало очевидным для всех?

Другой, более предметный вопрос: стало ли противостояние западной и исламской цивилизаций наиболее существенным (осевым) противостоянием в современном мире, чреватым началом Третьей мировой войны, войны не "горячей", но и не "холодной", а войны "тлеющей" и "искрящейся", но чаще "бьющей током", увидеть который можно только по его последствиям?

Еще группа вопросов: не приведет ли эскалация страхов и терроризма к перерождению гедонистских западных демократий в авторитарные режимы с элементами тотального контроля со стороны спецслужб? Или элиты западных стран найдут оригинальные "лекарства", эффективно действующие против терроризма и не имеющие побочных эффектов, убивающих гражданские свободы? Более того, может быть борьба против терроризма оздоровит западные общества, дав им новые общезначимые цели, ограничив расходы на паразитов, уведя деньги из сферы эксклюзивных развлечений и извращений в сферу общенациональной борьбы с внешним врагом?

Ясно одно - противостояние западной и арабской цивилизаций стало в самый центр мировой политики. Но надолго ли? Ясно и то, что война против Бен Ладена и талибов непременно затронет более широкие силы в исламском и арабском мире.

Представим ход этой войны, а также выявим ее ложные и реальные опасности.

Цели Запада в этой войне в основном понятны. Запад вполне удовлетворится "наказанием" талибов как единственной в этой ситуации конкретно локализованной силы, а, тем более, силы, интересы которой и стояли непосредственно за террористическими актами в Нью-Йорке и Вашингтоне.

Теракты стали "ассиметричным ответом" американцам. Ответом Бен Ладена, боевого друга талибов, его реакцией на пресечение американцами более тесного союза талибов с пакистанскими пуштунами с целью уже в 2009 году генерального наступления на Северный альянс и далее, на Таджикистан и Узбекистан.

"Наказанием" будет бомбардировка талибских баз, существенное ослабление талибов перед лицом противостоящего им Северного альянса, но не полный разгром талибов.

Конечно, обида американцев велика и Буш обязательно потребует полного расчета за страх, испытанный 11 сентября им и руководимой им великой нацией. Эмоции могут потребовать по-настоящему кровавого возмездия, нанесения массированных ударов по базам террористов и в других мусульманских странах.

Попытаются ли США воспользоваться ситуацией для решения сопутствующих задач? Такой, например, как усиление своего присутствия и влияния в Центрально-Азиатском регионе (ЦАР) в ущерб интересам России? Такой, как усиление своего влияния на Европу через расширение функцией НАТО? И такой, как резкая эскалация военных и иных государственных расходов с целью смягчения экономического кризиса, на пороге которого стоят сейчас Соединенные Штаты, а с ними и весь Запад?

Воспользуются, безусловно. Вопрос не в этом, а в том, что эти цели могут остаться "фоновыми", сопутствующими, а могут стать во главу угла, отодвинув основную - нанести поражение международному терроризму, дать адекватный ответ на беспрецедентно наглый вызов, брошенный Западу.

Реальность же будет такова, что эти (сопутствующие) цели кое-где выйдут на первое место.

Например, антитеррористическая борьба будет использована как сильное терапевтическое средство против экономического кризиса. Расходы на оборону и безопасность вырастут на 100-150 миллиардов долларов в год, американцы будут избыточно долбить Афганистан сверхдорогими ракетами, думая не только о возмездии, но и о помощи своей "запузыревшей" экономике - о расширении военных заказов.

Но другие сопутствующие цели скорее всего останутся в тени основной, поскольку любое уклонение в сторону чревато опасным ростом нестабильности и антиамериканских настроений. Тут уже не до "игрушек", политических интриг и заумных комбинаций.

Основной же целью американцев станет не "возмездие" и не изменение соотношения сил в Афганистане, а полная перестройка работы спецслужб, застрявших на советско-американских фронтах, так, чтобы изощренному сетевому терроризму исламистов противопоставить еще более изощренную и подавляющую его по мощи организацию спецслужб западного мира.

ЦЕЛИ ТАЛИБОВ

Каковы цели противоположной стороны - террористических сетей Бен Ладена и талибов? Террор ради террора? Террор из мести? Борьба за власть? Борьба за территории? Борьба за идеи? Логика религиозного возрождения и национальной экспансии?

А конкретней: борьба за Халифат, за власть "в отдельно взятой стране" с последующим экспортом революции по всему арабскому миру? Борьба, порожденная не целью, а страстью, избытком национальной энергии и готовностью к самопоржетвованию, борьба за воплощение имперских миражей?

Еще конкретней: Бен Ладен борется за власть в богатейшем арабском государстве и духовном центре ислама - в Саудовской Аравии.

С одной стороны подталкивает страсть, а с другой - страх. Страх перед нестабильностью аравийского процветания, основанного на чудесной дешевизне добычи одного единственного ресурса - нефти, с конца 40-х годов занявшего исключительные, центральные позиции в мировой энергетике, но уже с начала 80-х неуклонно уступающего позиции газу и экологическому движению, которое опирается на успехи в ресурсосбережении и "виртуализации" западных экономик.

Одновременно расширяется добыча нефти в неарабском мире, пусть более дорогой "в производстве", но конкурентоспособной после стремительного повышения цен в 70-х годах. А впереди уже маячит революция топливных элементов, способная полностью вытеснить нефть из сферы энергообеспечения автотранспорта.

Израиль воспринимается не только как анклав враждебного Запада, но и как искусственное государство, разместившееся на правах автохтона региона у самого сердца арабского мира. Он "захватил" одну из его святынь и многократно унизил его своими военными победами.

Страх перед будущим, гнев униженного карликом великана, религиозное возрождение через активизацию идей Чистого ислама, великая мечта о Халифате, огромные богатства, накопленные почти за 30 лет - вот та гремучая смесь духовных стремлений, обид, страстей и амбиций, которая взорвет аравийское общество великой исламской революцией и большой арабской империей.

В центре этой революции находятся аравийские арабы, во втором круге - их родные братья, арабы неаравийские, в третьем - побратимы, т.е. мусульмане неарабские.

Таких Бен Ладен подставил сейчас под американские ракеты и бомбы. Таких он мечтает использовать в качестве запала для аравийской революции. Впрочем, для великой цели великие мечтатели и злодеи не жалеют никого, ни чужих, ни своих, и свою жизнь они способны принести на алтарь великой борьбы и победы.

II. ЗАПАД. АДЕКВАТНЫЙ СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ОТВЕТ?

БЕН ЛАДЕН. ТАКТИЧЕСКАЯ ПОБЕДА

Американцев спровоцировали на удар по Афганистану и тотальную борьбу с исламскими фундаменталистами. От этого ответа пострадают сотни тысяч людей, напрямую не связанных с террористами, и это породит в исламском мире мощную реакцию антиамериканизма.

Запад верно спланировал акцию возмездия, спланировал с учетом этой опасности. Ловушка, открытая Бен Ладеном, сейчас готова захлопнуться, стоит только американцам пережать арабов, имея "благие цели" более полного участия или более широкого вовлечения в антиталибскую коалицию близких и отдаленных соседей Афганистана. Ошибки и просто ракетные промахи также могут сдетонировать арабское общественное мнение на взрыв антиамериканизма.

Бен Ладен ожидает чего-то подобного, чтобы конфронтация между американцами и талибами превратилась в конфронтацию по линии "Запад - Исламский мир".

Он не сидит сложа руки и готовит новые акции. Почти наверняка, что заражение нескольких американцев сибирской язвой это "его рук дело".

Его террористическая сеть работает на полных оборотах не только для того, чтобы защититься, укрыться от американского возмездия для будущих побед и будущих свершений, но и чтобы спровоцировать Америку если не на безрассудные, то на неточные действия, также для того, чтобы широким и узким слоям, сочувствующим его борьбе и, тем более, эту борьбу поддерживающим, дать ощущение моральной победы, неуязвимости самого Бен Ладена и крайней уязвимости Запада.

Поскольку у американцев действительно очень узкое пространство правильных решений, то американские ответы вынужденно будут не только точными и адекватными, но и в значительной мере "показными", рассчитанными не на победу или возмездие, как таковые, а на внешний эффект. Эффект, прежде всего, для американского общества и американского обывателя и, в меньшей мере, рассчитанный на острастку арабов.

Тактические возможности для решительной победы, прежде всего моральной, у американцев сейчас невелики, но тем вероятнее их адекватный стратегический ответ, рассчитанный как на подавление арабского терроризма, так и дальнейшее ослабление финансовой мощи арабского мира и нефтяной зависимости от него западных экономик.

БЕН ЛАДЕН. НЕИЗБЕЖНОСТЬ СТРАТЕГИЧЕСКОГО ПОРАЖЕНИЯ

В экономической политике Запада не будет резких движений или даже какой-то особой политики, просто Запад будет более осознанно содействовать естественным экономическим закономерностям, развивающимся в сторону как диверсификации энергоносителей, так и диверсификации источников нефтяного и газового импорта, и путей доставки газа и нефти. Запад будет более осознанно использовать фактор сравнительно высоких цен на нефть, чтобы заметно уменьшить импорт как из ОПЕК, так и (особенно) импорт у арабских членов ОПЕК.

Но, если экономическая политика будет в целом тонкой, "нюансной", то силовая антитеррористическая работа станет, напротив, решительной и жесткой, движимой как расчетом, так и чувством мести.

Главным прямым ответом и, по сути своей, стратегическим ответом на сентябрьские теракты, станет системное усиление американских, английских и израильских спецслужб в тесной увязке друг с другом, создание Соединенными Штатами еще одной спецслужбы, нацеленной на терроризм, снятие многих моральных ограничений, общее увеличение финансирования спецслужб и больший упор в их работе на "человеческий фактор" в дополнение к "техническому" (штаты американских спецслужб с учетом "идейной агентуры" увеличатся на 30-40% только в первой половине десятилетия).

Изменится и философия антитеррористической борьбы. Террористов и заподозренных в терроризме начнут убивать без суда и следствия, выслеживать и уничтожать, как это изначально делают израильтяне. По одному и группами. "Никита и Ко" из мрачноватой кинематографической фантазии станет реальностью.

Так американцы дадут жизнь и пищу новому монстру, по сравнению с которым Гувер и ФБР покажутся детской игрой в индейцев.

Фактор новой спецслужбы в последующем (в 10-х - 30-х годах) сыграет с американцами три довольно злые шутки, вначале породив в Европе дополнительный эффект антиамериканизма, в 20-х годах изрядно поспособствовав общей потере гибкости американской политики и экономической дестабилизации американского общества и, наконец, в 30-х годах определив возврат изоляционистской политики, прежде всего в отношении к Европе, и сделав разворот Америки в сторону Китая.

Будущий монстр в первом десятилетии наступившего века станет эффективным инструментом борьбы против международного терроризма, но уже во втором породит сильную оппозицию и общее, правда сдерживаемое, отвращение в самих США, но, особенно, в Европе.

Что произойдет, если режим Мушарафа не сможет удержать власть? Если талибы все же разгромят Северный альянс, а американский спецназ не добьется поставленных перед ним целей, понесет большие потери и вынужден будет ретироваться, даже без малой победы? Если возникнут очаги напряженности в одной-двух арабских странах, где население будет яростно протестовать против "возмездия"? Если в Америке и Европе взлетят на воздух еще несколько зданий и погибнут сотни людей? Если по США прокатится волна погромов?

Способно ли сочетание двух-трех групп этих событий вывести ситуацию из под контроля западных и арабских правительств, прежде всего, правительств США, Саудовской Аравии и Египта? Насколько "возмездие" останется в рамках разумного, не превращаясь в "возмездие (правосудие) без границ" (по-нашему, в беспредел)?

И все же, любое из вышеперечисленных событий неспособно, само по себе, и даже в сочетании с другими, нарушить описанный выше "спокойный" сценарий.

Переворот в Пакистане, если он произойдет, не станет народной революцией, это будет верхушечный переворот, согласованный с американцами скорее всего "до" или хотя бы "после". В худшем случае, американцы "просто" ретируются из Пакистана, а новые власти обвинят в "преступлениях" Мушарафа.

Нынешние события в Пакистане являются следствием не народной инициативы, они организованы все же недостаточно влиятельными организациями, финансируемыми Бен Ладеном и его подельниками.

События в исламском мире могут принять опасный оборот, если американцы "увлекутся" и уничтожат священные объекты, если в результате "ошибок" погибнут тысячи людей из гражданского населения. Вот тогда подымется буря.

Новые теракты в Америке и Европе вряд ли затуманят разум правительств и дезориентируют западную общественность. Скорее, наоборот - они приведут к росту патриотизма, сплоченности и интеллектуальной составляющей в деятельности институтов власти и групп влияния. Антитеррористическая борьба станет делом граждан, а не только правительства и спецслужб. Эксцессы в этом случае обязательно случатся, но отдельные и немногочисленные.

Американцы, при таком развитии событий, получат моральное право на массированные удары. Право, не только как полное одобрение общественности США и Европы, но и как определенную поддержку среди более широких слоев в самих арабских странах. Другое дело, что это "право" на ответные удары им надо будет использовать лишь частично, поскольку в антитерроре лучше недожать, чем пережать.

Более серьезные последствия может вызвать конфуз американского спецназа в Афганистане. Но, чтобы этого не случилось, американцы и станут воевать там "как бы", не стремясь любыми средствами выкурить и уничтожить Бен Ладена, удовлетворившись лишь некими яркими внешними эффектами и усилением Северного альянса в противостоянии с талибами.

А если Северный альянс потерпит полное поражение?

Это смертельно испугает правительства стран ЦАР, сильно насторожит Россию, приведет в возбуждение весь арабский мир.

А Америка? Не попытается ли она в этом случае разыграть центрально-азиатскую и российскую карты, столкнув с талибами постсоветские режимы, чтобы потом диктовать России условия союза, приведя "в стойло" и Европу, которая испугается дестабилизации и самой России?

Все это было бы вероятно, если бы не одно "но": победа талибов стала бы огромным моральным поражением США в арабском и, шире, исламском мире. Но и победа над талибами им не нужна как окончательная. Лучше, если в Афганистане сохранится напряженное противостояние сил Северного альянса и талибов.

А дальше уже можно по-штабному спокойно разыгрывать и центрально-азиатскую карту. Она никуда не денется. Это еще одна из причин (первая - опасение поражения и потерь в решительной схватке) "показушного" поведения США в Афганистане.

Возможно, американцы удовлетворятся тем, что "позволят" (пусть даже помогут) Альянсу захватить Кабул, но существенно помогать ему в дальнейшем не будут, предпочитая, чтобы это делали Россия и страны ЦАР и допуская, чтобы талибам помогали пакистанцы (через год-два-три после кризиса), Ирак и террористический интернационал исламского мира.

Но совместная борьба против талибов России и стран ЦАР вновь усилит позиции Москвы в бывших республиках Средней Азии и на Кавказе. И хотя американцы этого, так сильно, как раньше, не боятся, так как в этих странах сложились постсоветские элиты с сильным антироссийским менталитетом, так как сами эти элиты балансируют на очень неспокойном общественном фундаменте, в котором все большую роль приобретают исламские и националистические составляющие, но такая вероятность ими учитывается также, как одна из нежелательных, которую полезно заранее предотвратить.

Ослабление России в Европе, просто ослабление России, как мировой силы и мирового игрока, попытка заставить Россию увязнуть в центрально-азиатской трясине - это цели, которых американские геополитики будут постоянно добиваться в первом десятилетии XXI века, но не в качестве основных, как было в 90-е годы, а как бы "между прочим".

Кроме того, им нужна Россия, как "естественный" союзник в борьбе против нестабильности в исламском и арабском мире, причем, не столько союзник, сколько "чернорабочий", который заплатит за стабилизацию Центральной Азии жизнями тысяч своих солдат и существенной частью своего ВВП.

Эта "антироссийская политика" США не выйдет за рамки обычного геополитического цинизма. Американцы не будут сознательно раскачивать ситуацию в странах ЦАР или наращивать мощь талибов. Они действительно попытаются в союзе с Альянсом одержать ряд мелких побед. Они и в дальнейшем будут "скромно" помогать ему оружием.

Они усилят сотрудничество с Россией по линиям спецслужб и минобороны, но количественно их поддержка Альянса и уровень сотрудничества с Россией окажутся существенно меньшими размерности стоящей объективно задачи - задачи обеспечения стабильности региона Среднего Востока и Центральной Азии на микро и макроуровнях.

Уже через два-три года проявятся первые заметные признаки системной борьбы с терроризмом. Почти наверняка в процессе этой борьбы американской общественности будет предъявлена и голова Бен Ладена. Американцы привыкнут к новым ограничениям, связанным с мерами общественной безопасности. Ведь эти меры будут обоснованными. Они уже обоснованы 11 сентября.

Нестабильность в арабском мире, градус которой будет подыматься год от года в течение всего первого десятилетия XXI века, приведет к нескольким важным последствиям.

Запад вложит дополнительные миллиарды в работы над заменителями нефти, в конвертацию "нефтяной экономики" в "газовую", в освоение новых нефтяных месторождений (в частности, в районе Каспийского моря) и создание транспортной инфраструктуры для перекачки нефти из этих месторождений.

Все это приведет к относительному ослаблению зависимости мировой экономики от арабской нефти, несмотря на то, что существенно вырастут китайские, индокитайские, индийские и корейские закупки арабской нефти.

Израиль все больше будет чувствовать себя заложником устойчивости элит в умеренных арабских странах, со страхом наблюдая, как у его границ растет нестабильность и как наливаются мощью силы, поставившие своей целью уничтожить государство Израиль.

Именно Израиль поможет США создать сверхэффективную антитеррористическую сеть в "двоюродном" ему арабском мире, разработает специальные схемы устойчивости арабских элит, вплоть до разработки индивидуальных психологических зарактеристик чуть ли не всех членов этих элит, поставит под контроль ряд террористических и революционных организаций в исламском мире.

Эта политика в первые восемь-десять лет будет весьма эффективной (или казаться эффективной), став одной из важнейших составляющих общей политики управляемой нестабильности арабского мира, вынужденно проводимой Западом.

Она будет оправдывать себя (по крайней мере, перед лицом "начальства") и во втором десятилетии XXI века, когда Запад вынужденно "согласится" с переходом власти почти в половине арабского мира в руки фундаменталистов, но она же приведет и к тому, что ненависть многих арабов к евреям приобретет непримиримый характер, усиленный новыми фактами, приоткрывшими тайны "всемирного еврейского заговора", и к тому также, что арабские террористы и диверсанты войдут в стратегический альянс с эффективными и обладающими огромными ресурсами спецслужбами Китая.

В итоге, уже во втором десятилетии XXI века арабская нефть будет выведена из узкого круга жизненно важных товаров, даже короткие (на 5-7 месяцев) перебои в снабжении которой чреваты мировым экономическим коллапсом, а арабский мир окажется один на один с жестким мировым рынком, контролируемым Западом и станет "легкой добычей" фундаменталистских режимов.

Израиль окажется на краю пропасти, несмотря на все усилия и мощный интеллектуальный потенциал, вложенный им в "спецстабилизацию" арабского мира.

АРАБСКИЙ МИР. НЕИЗБЕЖНОСТЬ РАДИКАЛИЗАЦИИ

Но неизбежна ли системная дестабилизация арабского мира в первые 20 лет XXI века? Ведь огромная (и растущая) духовная энергия арабов может быть потрачена не только на борьбу и терроризм, но и на освоение новых экономических территорий, на совершенствование в любых отраслях знаний и бизнеса.

Бедные жалуются на жизнь, считая, что все дело и вся беда в отсутствии денег. Но деньги у арабов есть. У них есть великая история и сильная живая культура. Слова "алгебра" и "цифра" это арабские слова, как и многие важнейшие изобретения современной цивилизации.

Так почему же терроризм и военную экспансию считают единственной альтернативой ближайшего арабского развития?

И все же это так. По-видимому, эпоха высокой арабской культуры придет только в XXII веке, а сейчас наступает время расчета с долгами, время строительства и разрушения, а не время осмысления и духовного взлета.

Переориентация на экономические достижения теоретически возможна, как это было возможно уже начиная с 70-х годов XX века. Но что мы видим за прошедшее тридцатилетие?

Появились новые отрасли, миллионы иностранцев работают на предприятиях, построенных в арабских странах. Развита сфера туризма и обслуживания. Но все это внешнее и наносное.

Основное же то, что ценностные структуры личности и общества не только существенно не изменились (арабы не продвинулись к тому, чтобы стать "экономическими человеками"), но и укрепились на антиэкономической, антихристианской и антилиберальной основах.

Деньги пошли на укрепление традиционных институтов и традиционных способов удовлетворения духовных потребностей. Аравийский менеджер ленив и некомпетентен, и это понятно, ведь легкие деньги развращают не только ленивых, молодых и неопытных, но и трудяг и даже трудоголиков. Везде и всегда развлекаться приятнее, чем трудиться, а свободное время предпочтительнее рутины. Если есть исключения, их очень немного. Это также естественно, как и закон энтропии. Это и есть энтропия.

У арабов (прежде всего у арабских элит) остается еще время, те же самые 30 лет. В первые 10-ть нефть еще будет приносить огромную ренту, в следующие 10-ть можно постепенно адаптироваться за счет накопленного капитала и остатка ренты, в 20-х годах адаптацию надо ускорить и довести до конца за счет остатков капитала и на основе новых навыков и новых институтов.

По-видимому, примерно такую программу нарисуют арабские правительства, не только прозападные "либеральные", но и фундаменталистские, пришедшие к власти в 10-х годах. Разница будет не в целях, а в средствах и путях движения к этим целям.

Но для выполнения такой программы понадобится общеарабское единство, т.к. слишком малы отдельные арабские страны и слишком различаются условия в разных странах, прежде всего доля ренты, приходящаяся на одного жителя. Например, она велика в Аравии, но весьма низка в Сирии и Египте.

Трудности адаптации к "постнефтяному миру" станут непреодолимыми в условиях неизбежного усиления социальной дифференциации (элита попытается сохранить привычный уровень жизни за счет нижних слоев общества) и неизбежного противостояния между самими арабскими странами по разным причинам политического, исторического, конфессионального и экономического характера, например, по критерию потерянной ренты на душу населения.

Египет представляется самой стабильной страной арабского мира как по причинам небольшой нефтяной зависимости и более диверсифицированной экономики, у которой тоже есть свои "изюминки" (пирамиды и Суэцкий канал), так и в силу своих размеров, а также центрального положения в арабском мире и положения на стыке Азии и Африки. Имеет значение и психология египтянина, его врожденное стремление к покою и гармонии, к "отдохновению от трудов праведных", к компромиссу.

Американцы и израильтяне уже в первом десятилетии XXI века предпримут немалые усилия по созданию в регионе оси стабильности, прежде всего по линии Египет - Сирия - Турция, с особым вниманием к "полюсам", т.е. Египту и Турции, роль которых в регионе будет усиливаться все время, причем этому будут способствовать как американцы, так и европейцы, которые вовлекают их в структуры ЕС.

Ближневосточная политика США и Израиля в первом десятилетии наступившего века будет нацелена на недопущение прихода к власти традиционалистов и ослабление террористической составляющей фундаменталистских движений, во втором десятилетии на первый план выйдет управляемая нестабильность в странах, наиболее пострадавших от уменьшения нефтяных доходов и укрепление оси Египет - Турция, с включением в турко-египетский союз, по возможности, как можно большего числа "промежуточных" стран.

Во втором десятилетии США и Израиль "позволят" придти к власти фундаменталистским режимам, но в третьем десятилетии ситуация выйдет из-под контроля в связи с мировым экономическим кризисом, резким размежеванием между США и Европой, и превращением Китая в сверхдержаву, устремленную к евроазиатской и мировой гегемонии.

Но ось Египет - Турция, скорее всего, не переломится, ведь посередине ее будет "слегка" поддерживать хитроумный израильтянин. В арабском мире появятся два центра силы: Халифат, союзный Китаю и Египет, союзный США, Европе и Турции. Северная Африка также останется в зоне влияния Запада.

 

III. ИДЕАЛЬНАЯ АРАБСКАЯ СТРАТЕГИЯ?

РЕФОРМЫ В ЭКОНОМИКЕ. СЛАБАЯ НАДЕЖДА НА УСПЕХ

А если подойти к арабской стратегии с позиции доброжелателя и советчика - каковой она должна быть?

Тот, кто считает, что арабы "бесятся с жиру" не сможет им помочь, так как он не поймет действительной сложности арабских проблем.

Он не увидит, что арабский мир попал в нефтяной капкан, что он раздирается противоречиями и амбициями, что он не един в национальном смысле, да и не совсем един в религиозном (слишком много сект), он не столь обилен населением, как китайский, индийский и европейско-американский, и он разбросан на слишком большой и пустынной территории, а потому ему не очень уютно в своем природном, геоэкономическом и геополитическом окружении.

Как ему решить свои проблемы и удержать равновесие со своим нестабильным, а зачастую агрессивным окружением? Какую общую цель поставить?

Выше актуальными общеарабскими проблемами были определены такие: огромное несоответствие между достигнутым благодаря нефти уровнем жизни, властью и влиянием в мире и возможностью воспроизводить этот уровень жизни, власть и влияние в неумолимо наступающую постнефтяную эру; несоответствие между огромным духовным энергетическим потенциалом арабских наций и возможностью его реализации в мире, зажатом правилами экономической целесообразности и системой американо-европейской гегемонии; несоответствие между глобальным ростом популярности и влияния ислама, и институциональными механизмами влияния арабских стран на мировую политику.

Легко посоветовать арабам побыстрее превращаться в нации экономических индивидов или, как в Японии, нации экономических общин.

Можно попытаться представить себе, как это могло бы происходить. Собственно, материально все уже создано, это огромная, избыточная для населения большинства нефтеэкспортирующих стран, экономика, это хорошо оснащенная система образования. В экономике своих стран арабы занимают высокие управленческие позиции , которые объективно могут способствовать творческой самореализации и постоянному профессиональному росту.

Так чего же не хватает?

Не хватает реально жестких и справедливых правил игры в этой самой арабской экономике.

Компетентность и трудовое усилие здесь вознаграждаются хуже, чем принадлежность к местному населению, не говоря уже о принадлежности к племени и роду. А на уровне всей нации и ее элиты "контроль за трубой" важнее производственных, маркетинговых, финансовых и всех иных производительных усилий в их совокупности.

Некомпетентного арабского менеджера всегда подстрахует компетентный европейский инженер, за ленивого арабского специалиста всегда отработает поневоле трудолюбивый индиец, провал в стратегии руководителя- араба можно закрыть какой-нибудь дотацией, явной или скрытой, или, на худой конец, списать на тех же иностранцев.

Остается только лелеять и растить собственные, исконно арабские ценности и свой национальный комплекс. И не случайно именно молодое образованное поколение становится ударной силой панарабского национализма и агрессивного исламского фундаментализма (талибы - студенты медресе).

Оно острее старшего поколения чувствует тот непреодолимый разрыв, который сложился между арабской национальной энергетикой вкупе с арабским богатством и арабской способностью самостоятельно, без нефти, воспроизводить это богатство.

АРАВИЯ. НА ПУТИ К ВАХХАБИТСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ

Поэтому энергия нации идет в традиционалистскую, исламскую революцию. Именно в системе национальных исламских ценностей уютно сейчас молодому арабу, не только униженному и бедному, но и элитному и околоэлитному.

В ней он подтверждает свою исключительность и ощущает свою глубину, тогда как в системе ценностей западной цивилизации, представленной экономическими учреждениями, он кажется себе плоской картонной фигуркой, марионеткой деловитых американцев и умных европейцев.

Но не компенсаторный характер национального ислама является основным. Его творческий духовный характер был основным в XI-XVI веках. Сейчас основным является его, деятельный, социально-преобразующий характер. Арабский мир ныне носит в себе зародыш новой исламской ваххабитской цивилизации, поставившей духовность на службу политической и социальной революции во имя Последнего Халифата, арабской "империи любой ценой".

И все же, вернувшись к вопросу о позитивной общеарабской стратегии, которая гармонично вписала бы арабский мир в мировое окружение и наступающую постнефтяную эру, можно ли увидеть ее перспективу или хотя бы шанс?

Такая перспектива есть у бедных нефтью, но богатых людьми арабских стран, прежде всего у Египта и он, скорее всего, если Запад и Израиль ему не помешают (той же чрезмерной помощью), эту перспективу реализует.

Такой шанс есть у большинства нефтеэкспортирующих арабских стран и, как ни странно, этот шанс в том, чтобы уже сейчас начать реализацию политики снижения цен на нефть. Доходы от нефти в этом случае снизятся намного меньше, т.к. существенно расширится ее потребление как на Западе, так, особенно, на Востоке и увеличится арабская доля на мировом рынке. Борьба за рыночную долю должна для арабов стать основной целью экономической стратегии.

Тем самым, арабский мир вытеснит с нефтяного рынка своих конкурентов, которым добыча нефти и ее транспортировка обходится в несколько раз дороже, этим же он замедлит разработку новых месторождений и альтернативных технологий, в целом на несколько лет замедлит приход революции топливных элементов, и, скорее всего, "смажет" эту революцию.

Проявленная арабами "добрая воля" будет иметь огромную цену в глазах западного общественного мнения, подталкивающего сейчас свои правительства к диверсификации энергетической базы как раз их страха перед арабской непредсказуемостью и арабским нефтяным шовинизмом.

Главным же позитивным следствием политики целенаправленного снижения цен и наращивания доли мирового рынка, хотя об этом не будут говорить, станет постепенное снижение нефтяной ренты. Арабы, при таком подходе, теоретически могут войти в постнефтяную эру более спокойно и органично, конечно, если правильно используют дополнительное время. Если они в 2009-2020 создадут реально конкурентные условия внутри своих стран, грамотно реализуют агрессивную экспортную стратегию по комплексу товаров со средней и высокой добавленной стоимостью и постепенно снизят долю иностранных рабочих и, особенно, иностранных специалистов, заменив их арабскими квалифицированными рабочими и специалистами.

Возможно, что стратегия снижения цен на нефть будет принята ведущими арабскими государствами после 2005 года и мир получит от арабов эру дешевой нефти как бы "в подарок", "в уступку".

Какова вероятность такого сценария: во внешней политике наступление периода сознательно снижаемых цен, во внутренней - выращивание класса специалистов и менеджеров, причем не "картонных" специалистов и менеджеров, а настоящих и конкурентоспособных на мировом рынке труда?

Вероятность серьезных попыток реализации стратегии снижающихся цен на нефть после 2005 года более чем вероятна и главное здесь - это стремление взять процесс прихода эры дешевой нефти под свой контроль.

Но будет ли эта политика стабильной?

Думаю, что нет. И это сведет ее на нет. Эра дешевой нефти все же наступит в конце первого десятилетия XXI века, но сама по себе, вопреки воле и политике арабских стран.

Вероятность разумной политики в условиях радикализации общества и, прежде всего, его молодежи, которая и может только реализовать политику замещения собой иностранцев, практически маловероятна, даже в отдельно взятых странах, не говоря уже об общеарабской политике. Усилия такого рода будут предприняты, но они скоро разочаруют как "советчиков", так и их клиентов.

Политика низких цен, которую после 2005 года попытаются проводить правительства арабских стран, вызовет волну радикальной критики. Эта критика попадет на хорошую почву, так как в целом уровень жизни в большинстве ныне процветающих на нефти арабских стран начнет снижаться, а "уровень требовательности" повысится в соответствии с рецептами "либерализации" и "вестернизации" арабских обществ.

Но основная причина дестабилизация арабского мира в первом десятилетии XXI века не будет следствием ошибок арабских правительств, она станет следствием негативных ожиданий, в том числе тех, которые будут положены в основу либеральной экономической политики арабских правительств: неприятного ожидания вытеснения нефти из круга жизненно важных товаров, ожидания вынужденной перестройки общества в соответствии с требованиями экономики, производящей добавленную стоимость, а не распределяющей богом данную ренту.

Следовательно, основной вариант арабской стратегии остается тем же, что был описан выше. Это дестабилизация и исламская радикализация в первом десятилетии, падение "либеральных" режимов, приход к власти фундаменталистов в большинстве арабских стран во втором и прямое военное столкновение с Израилем и Западом в третьем.

В третьем десятилетии XXI века в арабском мире образуется некая исламская конфедерация (федерация), которая не будет устойчивой, а потому станет имманентно агрессивной и которая, возможно, распадется уже в следующем, четвертом десятилетии как единое государство, но будет существовать еще в течение 20-30 лет как некий тесный военно-политический союз.

ВНОВЬ О СТРАТЕГИЧЕСКОМ ПОРАЖЕНИИ БЕН ЛАДЕНА

Это значит, что террорист Бен Ладен не является некоей аномалией и быстро решаемой проблемой. Это значит, что Бен Ладен стал первой серьезной фигурой, возглавивший процесс консолидации арабского мира, во-первых, из Центра, т.е. из Саудовской Аравии, во-вторых, на непримиримо и последовательно традиционалистской, ваххабитской, протестной и народной основе.

Можно ли ожидать от него диких террористических эксцессов, таких, как применение ядерного оружия в США, Европе или России?

Почти наверняка нет, поскольку применение ядерного оружия (взрыв ядерного чемоданчика) в Нью-Йорке, Вашингтоне или в Кливленде (конечно, если это технически возможно, но, все же, я думаю, что это ГБэшный миф), повлечет за собой полное снятие моральных ограничений на использование всех видов оружия против арабских стран, хоть сколько-нибудь "виноватых" перед Америкой.

Если Бен Ладен сойдет с ума, то его устранят свои же соратники, которые останутся в здравом уме. С ума обычно сходят поодиночке.

Но не является ли уничтожение небоскребов Всемирно торгового центра тем самым актом безумия, который ближе к применению ядерного оружия, чем к "обычным" взрывам грузовиков, начиненных взрывчаткой?

Этот акт на грани безумия, но не за его гранью. Он не снял с Америки моральных ограничений на применение ядерного и другого оружия массового поражения, он не сплотил Запад так, чтобы тот немедленно использовал всю свою мощь.

Он "лишь" обострил ситуацию в самих арабских стран, усилил антагонизм между арабами и американцами, породил явный протест населения в арабских странах против политики своих правительств. Он вынудил Буша провести военную операцию в Афганистане, которая чревата или долгосрочным усилением антиамериканских настроений во всем исламском мире или, в случае, если американцы удовлетворятся лишь бомбардировками, ограничатся помощью Северному Альянсу и вылазкой своих коммандос, в арабском мире появится злорадное чувство от моральной победы над Западом, которое способно привлечь в ряды непримиримых борцов с Западом уже не десятки тысяч террористов, а миллионы "простых" людей.

Все цели, которых этим терактом реально добился Бен Ладен, очень рациональны. Он уже победил, потому что добился этих целей и поставил волчьи капканы на узких тропах Ближневосточной и Средневосточной политики США.

Но во власти Америки, примирившись с его тактической победой, обернуть эту победу в его стратегическое поражение. Объективно американцам и не нужна тактическая победа, понимаемая как уничтожение Бен Ладена и "Аль Кайды", потому, что даже маловероятное уничтожение Бен Ладена в ходе антитеррористической операции мало изменит итог этой схватки, люди в арабском мире просто не поверят в его смерть.

Если же будут представлены неопровержимые доказательства его гибели (хотя уже сейчас распространяются слухи о многочисленных его двойниках и будет легко доказать легковерному, что погиб не Бен Ладен, а какой-нибудь его двойник), то он станет мифом, народным героем, тем более неуязвимым и опасным, что он миф.

Чтобы победить Бен Ладена на тактическом поле боевых действий, американцы должны привезти его к себе в клетке и добиться от своего пленника публичного покаяния, как того добились турки в отношении курдского лидера. Пленение террориста почти невозможно, это может стать лишь следствием редкого стечения обстоятельств.

Поэтому антитеррористическая операция в Афганистане должна быть (и будет) ограниченной и "показной". Это будет самая крупная PR-акция американского правительства из всех, предпринятых им до сих пор.

Стратегический ответ Америки будет находиться в рамках системной борьбы с арабским терроризмом, в более тесной привязке элит в арабских странах к интересам и ценностям Запада, в увеличении финансирования альтернативных источников энергии и неарабских нефтяных и газовых месторождений, в более целенаправленной работе по разделению арабского мира на "трудовой" и "рентно-нефтяной", а также на азиатский и североафриканский.

Эти усилия не позволят реализоваться идее великого Халифата, вероятность реализации которой и без американских усилий существенно ниже 50%. Эти усилия будут способствовать оттеснению арабского мира на периферию мировой политики в сороковых годах XXI века.

Это и станет адекватным ответом Бен Ладену и его историческим поражением, хотя у него и его единомышленников вряд ли есть выбор: бороться или сотрудничать. И дело даже не в том, что "если не он - так другие", дело в том, что Бен Ладен "просто" отвечает на насущную потребность арабских наций к самореализации своей возросшей в XX веке и все растущей духовной энергетики.

IV. "ПРАВОСУДИЕ БЕЗ ПРЕДЕЛА"

ТЕРРОР - АНТИТЕРРОР В 2009-2020: БОЕВАЯ НИЧЬЯ

Если применение террористами ядерного оружия чрезвычайно маловероятно по логическим и техническим причинам, то каких иных "сюрпризов" можно ожидать от Бен Ладена в ближайшие месяцы и годы?

Будут ли это большие теракты, учащение количества малых терактов и просто "пакостей", вроде писем, начиненных вирусами сибирской язвы? Какие страны подвергнутся диверсиям его невидимого государства? Будут ли среди них арабские страны, в том числе ключевые? Сколько камикадзе у Бен Ладена: десятки, сотни? Вырастет ли их число до тысяч? Способен ли он на массированное применение бактериологического и химического оружия?

Ясно одно - Соединенным Штатам не удастся подавить исламский фундаменталистский терроризм в ближайшие и отдаленные годы.

Их противодействие будет порождать контрпротиводействие, а на самом деле усиление того самого террористического действия, на которое сейчас ищут жесткие ответы. Потенциал для контригры есть не только в обширном и активном арабском мире. Уже в конце первого десятилетия XXI века арабские террористы получат мощную поддержку китайских спецслужб и тайны организаций. Терроризм, как и антитерроризм, будет быстро совершенствоваться.

Сможет ли арабский терроризм в этой войне сохранить крупную организационную сетевую структуру, или западным спецслужбам удастся его обезглавить, уничтожив высший высший и поставив под свой контроль его средний высший уровни? Конечно, в тесном сотрудничестве со спецслужбами некоторых арабских стран.

Здесь также сложится динамическое равновесие сторон. Вслед за отрубленной головой террористической гидры через год-два будет отрастать новая.

В конце первого десятилетия наступившего века террористические сети создадут собственную структуру безопасности - структуру "охоты за охотниками", в чем им помогут китайцы. Деятельность этих структур в следующем десятилетии будет весьма эффективна. Их жертвами станут сотни "суперагентов" из Израиля, США, Европы, России, Пакистана, Индии, Египта, Турции - киллеров, оперативных работников, аналитиков и даже агентов влияния.

Одна из основных целей - устрашение, подавление не только силовой, но и наиболее чувствительной к нагнетанию страха интеллектуальной и управленческой составляющей, (так как ее эффективность в условиях давления и страха принципиально снижается) противостоящих им спецслужб, и, шире, элит.

Начнется террор против элит арабского и западного мира, против политиков, крупных чиновников, общественных функционеров, крупных собственников и менеджеров, даже деятелей науки и культуры. "Для усиления морального эффекта" в убийствах известных и влиятельных людей будут широко использоваться террористы-самоубийцы, в том числе и американские граждане WASP ("белый - англосакс - протестант").

Сотни миллионов долларов будут инвестированы в создание террористического интернационала.

В свою очередь, американцы начнут настоящую охоту за местами размещения террористов и самими террористами в группах и по одиночке. Будут разработаны спецсредства быстрого и точного распознавания образов, с помощью которых в течение 10-30 минут после обнаружения, группы, опознанные как террористы, будут накрыты точным ракетным ударом.

Система распознавания образов будет "выдергивать" террориста из толпы прохожих и "вести" до момента задержания или уничтожения. Распознавание будет производиться одновременно по визуальному образу, включая особенности походки и телодвижения, голосу, запаху и излучению.

Сама по себе система распознавания образов будет надежна, но, в сочетании с "человеческим фактором", она будет часто ошибаться, поскольку приказ на уничтожение будет отдаваться "настроенным на врага" человеком на основе частично идентифицированного образа, например, только по характерным телодвижениям и 70%-й "похожести". Сама ситуация бескомпромиссной борьбы будет способствовать легкости списания очередной жизни на неизбежный брак. Правда, в самих арабских странах это будет хоть и "пониматься", но не прощаться, обращаясь ростом ненависти к американцам и израильтянам.

Технической и организационной изощренности американцев арабский терроризм противопоставит не менее изощренную (и извращенную по своей сути) практику зомбирования американских и европейских наркоманов и людей, предрасположенных к воздействию агрессивного психического манипулирования, с целью превращения этих несчастных в ходячие бомбы. Американцев будут "учить" бояться, прежде всего, бояться друг друга.

Таким образом, противостояние международного правосудия и терроризма будет все больше напоминать противостояние преступника и палача.

V. НОВЫЙ "ЛЮБИМЫЙ ВРАГ" АМЕРИКИ

ТЕОРЕТИЧЕСКИ ПРАВИЛЬНАЯ АМЕРИКАНСКАЯ СТРАТЕГИЯ

С Бен Ладеном действительно все ясно. Он выращивает новую элиту. Питательной средой здесь станет ненависть.

Но зачем Америке это идиотское противостояние, отвлекающее огромные ресурсы, угрожающее моральным и политическим основам самого американского общества, политически бесплодное и работающее на "высшие" цели противника? Можно ли его избежать, как то хитро обойти?

А почему бы и нет? Ответ обычно настолько парадоксален насколько и прост: если объединения арабов в Азии нельзя избежать, то почему бы не помочь этому объединению?

Если нельзя воспрепятствовать приходу к власти исламских фундаменталистов, то почему бы ему, этому приходу, не помочь? В конце концов не ваххабиты ли у власти в Саудовской Аравии? Ваххабиты, только "тихие". Но, поскольку они у власти, ими руководит и движет не дух протеста, а дух государственной и экономической целесообразности.

Пусть исламские революционеры приходят к власти. Пусть приходят к власти сторонники общеарабского единства. Пусть они откажутся от сотрудничества с США в политической и военной областях. Но от экономики ведь никуда не деться, в том числе и от закупок американской и европейской военной техники.

Повысят втрое-четверо цены на нефть? Но ведь не самоубийцы же они!

Сейчас, кстати, самое благоприятное время для реализации такой парадоксальной политики, пока Америка остается единственной сверхдержавой. Уйдя от Америки, любой панарабский режим вынужден будет вернуться к Америке, потому как больше идти не к кому. Тем более, если американцы станут союзниками арабских народов, а не их отслаивающихся элит, то и будут восприниматься новыми элитами арабского мира как союзники.

Но эта возможность останется лишь в сфере идей, поскольку реальная политика не является эманацией чистых сфер разума, а является продуктом борьбы интересов, страстей, притирки предрассудков, реализации взятых на себя обязательств и медленной перенастройки систем принятия и согласования решений.

Любая политика обладает огромной инерцией. Любое изменение политики рождает страхи и опасения, а с ними такие завихрения, в которых политику необходимы уже не столько ум и стратегия, сколько звериная интуиция и железные нервы.

Поэтому в первом десятилетии XXI века американцы будут упрямо противодействовать любым панарабским проявлениям, сталкивая панарабов в кювет к диверсантам и террористам, но одновременно они будут осмысливать новые реалии и новые потребности, а во втором десятилетии, наломав немало дров, "выбросив на ветер" сотни миллиардов долларов, испортив отношения с арабским миром, заплатив десятками тысяч жизней и сделав несколько опасных шагов к превращению в полицейское государство, американцы начнут движение навстречу арабским вожделениям и арабской мечте.

Основными субъектами в арабских делах как в первом, так и во втором десятилетиях XXI века будут США, Израиль и Европа, с постепенным втягиванием Китая, но не Россия.

Израильская политика будет нацелена на собственное выживание, но, несмотря на это, в своей стратегической составляющей будет содержать очень большой творческий момент, а вот американская, хоть и может содержать интригу и загадку американской души, но будет, в творческом смысле, довольно убога.

РЕАЛЬНАЯ СТРАТЕГИЯ АМЕРИКИ. МЕНТАЛЬНАЯ ПРИРОДА ОШИБКИ

Американцы, как ни один из народов, способны к дуализации жизни, прежде всего собственной, национальной. Они могут существовать, только оттянувшись к полюсам, а не собравшись вокруг центра, как русские и французы, или равномерно рассредоточась в пространстве, как греки и германцы. Север и Юг, Белый и Черный, Республиканец и Демократ, Индеец и Ковбой. Дуализация общества и человека. Даже Женщину с Мужчиной они развели к полюсам, дав институциализироваться крайним формам феминизма.

В этом секрет американской напряженной стабильности в динамике. Между полюсами образуется максимально широкое напряженное поле, в котором позиционируют себя индивидуумы и группы американского общества, но не стационарно, а подвижно, двигаясь в ту или иную сторону, либо же находясь в "центре", то есть у одного из полюсов (на самом деле с краю).

Поэтому так понятен для американцев черно-белый мир американо-советского противостояния, которое стабилизировало американское общество и позволяло идеализировать себя как "город на холме", противостоящий "империи зла".

Но Советский Союз исчез, Америка осталась единственной сверхдержавой и обнажились духовные пропасти американского общества.

Возникла настоятельная потребность в новом "любимом" и удобном враге, каким тридцать лет был неумолимо слабевший Советский Союз. Начался поиск такого врага, но найденные враги все до сих пор оказывались лишь очень слабыми заменителями Великого красного хама.

Саддам Хусейн, Милошевич, Ким Чен Ир, криминализованная Россия, шиитский Иран - все это не то, слишком мелко, слишком смазано. Остается еще надежда на коммунистический реванш или фашизацию России, но надежда слабая, да и Россия это не Советская империя, оформленная в Варшавский договор и многочисленные союзы по всему миру.

Китай? Еще "региональная, но не мировая держава".

Япония? Отстала.

Европа? Пока послушна.

И тут такой подарок! Злодей Бен Ладен. Как им не воспользоваться?

Бен Ладен своим чудовищным терактом восстановил удобную американскому сознанию парадигму восприятия мира и себя в мире. Мира, в котором есть олицетворенное зло, бороться с которым - миссия Америки.

После 11 сентября это глубокое ментальное ощущение будет сильнее голоса разума и трезвого взгляда на мир. Американцы сотворят нового врага как нового кумира их нового национального триллера и со всей страстностью американской натуры начнут тотальную борьбу с ним как с реальным и мифологическим Злодеем, прообраз которого встает десятикилометровой тенью над головами простых людей во всем мире.

Что это значит? И к чему это приведет?

Это значит, что, к сожалению, миф об арабском злодее востребуется американским сознанием как недостающая ему в последнее время опора и основа для самоидеализации и даже самоиндентификации.

Получается, что не только Бен Ладену понадобится Америка как злая сила, как мощный источник ненависти и консолидации через ненависть, но и американскому обществу необходим Бен Ладен для того, чтобы продолжать любить и уважать себя, чтобы своих собственных демонов спроецировать за Океан, в неспокойную дикую Азию.

Американское общество в первом десятилетии наступившего века поддастся на этот самообман, предпочтя новую сказку о борьбе храброго белого героя против злого араба тонкой политической и дипломатической работе, тяжелому труду по переоценке ценностей и американской политики в арабском мире. Ведь у американцев "на дворе" время если не бури, то натиска, так что щепки летят...

Террористов будут "укатывать" и "утюжить", выслеживать и ликвидировать, ставить под контроль и перекупать. Пресса будет широко освещать яркие эпизоды этой борьбы и анализировать ее результаты.

Общественность в целом будет довольна действиями своего правительства, ожидая через год-другой окончательной победы, а реальные силы будут подспудно зреть, невидимые пока из-за недостатка фактов, обилия информационного мусора и в целом неверно повернутого взгляда.

В США в это время произойдет сепарация социального верха и низко-средних слоев, обострятся проблемы между белыми и "цветными". В Арабском мире определится и выкристаллизуется новая элита, замешанная на непримиримом антиамериканизме.

Октябрь 2009 года