ИСТОРИОЛОГИЯ РОССИИ

Прогнозы на 2009-2030 гг.
Прогнозы на 2009-2100 гг.
Прогнозы долгосрочные
Историология: циклы и скачки
Историология: нация-община и ее ценности
Историологический взгляд на религию и Церковь
Историология России
Историология европейских наций


Опыт смуты начала XVII века

Почти через 100 лет после освобождения от ига - старые страхи еще оставались в крови русских людей. Но во времена смуты новые страхи и опасности вытеснили старые. Новые страхи перед угрозой с запада, опыт смуты, когда вырвался наружу теперь уже не монголо-татарский, а свой русский анархический дух, дух казачьей вольницы, похожий на дух монгольской конницы, когда русский «почувствовал в себе татарина», ощутил не только способность к рабству и унижению, но и к вольной воле, к принуждению других, вот тогда русский дух временно примирился с собой.

Теперь правление Ивана Грозного уже не представлялось столь ужасным. «Правление» смуты оказалось похуже, хотя бы потому, что оно стерло в памяти, романтизировало эпоху Ивана Грозного. Вольная деспотичная власть и воля оказавшегося без власти народа стали двумя крайностями проявления русского духа, которым в последующем предстояло то объединяться в одно целое, то действовать по врозь.

Первая попытка историологического анализа и прогноза.

Основная причина русской революции

Власть стала чрезмерно либеральной, а народ, не встречая с ее стороны привычных ограничений сверху, начал революционизироваться, воспринимал свободу, как волю, тем более, что в XIX веке казачество сложилось как народность и прием мужиков в казаки стал более трудным делом, тем более, что «диких» (т.е. бесхозных) окраин тоже не стало. Весь «дикий» мир Евразии был поделен между Россией и Англией.

Пока только частые и успешные войны спасали Россию от народного взрыва, но война с Японией стала полным фиаско неустойчивой системы, опирающейся на компромисс между либеральной властью и воюющим за Империю народом.

Первая попытка историологического анализа и прогноза.

Коммунизм и православие

Но большевистский коммунизм был не православием, а его пародией. У него не было животворных сил, он был наукообразной схемой, которая мобилизовала чувство отрицания, отрицательные эмоции и качества человека: зависть («чувство социальной справедливости»), ненависть («священную ненависть»!), подозрительность («бдительность»!).

Первая попытка историологического анализа и прогноза.

Главный архетип русского духа

Но не произойдет ли выхолащивание русского духа, место которого между Богом, т.е. в политическом смысле между сильным государством (церковной иерархией) и «своим человеком» Христом, который «сам терпел и нам велел», но иногда подмигнет и мы видим в его прищуре (может быть «ленинском прищуре») лихую усмешку дьявола? Наверно, Христу опять найдется место, он не даст русским совсем уж «объяпониться» или «окитаиться». Русский никогда не будет до конца предан фирме, как никогда он не был предан русской Церкви, государству или партии. Он всегда будет готов послать всех туда, куда обычно шлет всех и он всегда будет анархичен, готов к измене любым кумирам и любым авторитетам, а потому и на новом витке истории останется загадочен и неуловим. Именно это главный архетип русского национального характера и русского духа.

Иван-дурак (или Емеля) может всю жизнь и на печи проваляться, а может и чудище убить. Ему так же просто жить в нищете, как и во дворце. А это значит, что русские везде будут разные, где «индивидуалисты», где «окитаенные семейные», где «объяпоненные-фирменные», где какие, судя по местности и соседям, судя по внешним условиям, но везде будут чувствовать свое духовное и психологическое единство, единство внутренне вольных людей. И плохо может стать тому, кто их «разбудит», «достанет».

Первая попытка историологического анализа и прогноза.

Русская воля

Воля - это не только свобода, но и власть, это как поет Лидия Русланова - "я опущусь на дно морское, я поднимусь под облака" - буйство внутренней стихии. Здесь наверное и суть. В отличие от свободы, более разумной, чем душевной, часто дисциплинированной и холодной, но чаще красивой и свежей, как вечная Ника Самофракийская, воля - это буйство стихии, а не свежий ветер, это океан страстей, а не спокойная речная зыбь разума.

Русские умеют жить "в воле". Кто еще? Не знаю. Но плыть в бушующем океане неразумно. А если океан успокоится, то и душа тоже? Ведь обратная сторона воли - это рабство, а ее результат часто разрушителен.

Эволюция христианства.

Святая Русь

"Уход" как русская сверхценность похож на византийский мистицизм, тем более, что путь к Богу был для русских главной дорогой ухода. Поэтому эту ценность можно назвать ценностью Святой Руси. Сутью русского православия, каким оно сложилось после XIV века, было умиротворение человеческого духа с собой и с миром, спокойное непубличное служение Богу и людям преподобного Сергия Радонежского.

В единении с Богом в Церкви, молитве - сама жизнь русского Духа. Практически повсеместно в XV-XVIII веках соблюдались жесткие требования поста, была распространена искренняя благотворительность и жертвенность. Именно в идеале Святой Руси источник русского терпения и главный адрес ухода (другой - в волю вольную).

Эволюция христианства.

Христос в гостях у дьявола

Это Христос, оправдывающий злодеяния Ивана Грозного как деяния самого Бога (разрушение Новгорода как разрушение Содома). Причем не только в глазах Грозного (безумцы есть во всех обществах), но в глазах большей части общества, ведь очень многие русские в то время воспринимали гнев царя как гнев божий, считая его справедливым. Это эпизод в описании былинного казака, когда тот чуть мать свою не зарубил и не сделал это только потому, что она подошла сзади. Это дьявольское проклятие патриарха Пимена благочестивому царю Алексею и его роду за то, что тот защитил свое царское достоинство от его притязаний. Это черная злоба современных черносотенцев, которые в любом непонятном для себя явлении видят пришествие Антихриста, а на самом деле лишь видят отражение себя в своем Христе.

Эволюция христианства.

Будущее русской воли

Третьей русской ценностью все-таки останется воля, иначе русскому духу не вместить всего того духовного богатства, которое придет на его землю вместе с великим переселением восточных народов, иначе ему не удастся сохранить баланс между разнородными культурами, заселившими русскую землю, иначе он сам утонет в этом океане.

Если русские примут ценность мистического христианства, мечтательной Святой Руси, то неизбежно уйдут во внутреннюю эмиграцию, так как их церковки и иконы, их Софийский, воспаряющий в небо храм, будут чужды гулкой душе мусульманина и семейно-уездной душе китайца. Да и все это - далекое византийство.

Зато душа казака - это душа чистого поля и тихого Дона, душа русской природы, которую поневоле должны почитать те, кто добровольно переселится в Россию. Это душа человека, открытого любой неожиданности, как хорошей, так и плохой, ведь ни поле, ни река не защитят его, но не защитят и от него. Когда-то в казаке слились монгол и русский, так и в XXII веке произойдет новый синтез - синтез русского и китайца, но произойдет это на русской земле и потому на русской основе. Китайцы подарят русским свой уютный китайский храм, который займет в его душе место великой Софии и ограничит крайние проявления его воли теплыми рамками семейной или братской общины.

Эволюция христианства.

О братстве у французов и русских

Французское "Равенство в политической толпе" и русская "Святая Русь" одинаково бесформенны и устремлены к равенству и братству.

Но у французов есть вектор движения, он в идее, в политике. У русских Святая Русь - это короткая передышка, остановка в пути, Небесный Дом, это и церковь и кабак, это братство людей, которым ничего друг от друга не надо, кроме удовольствия общения. Русское "святое равенство-братство" также скоротечно, но русский всегда знает, что при желании он сможет излить душу и будет понят.

Германская одиссея. Весна.



ИСТОРИОЛОГИЯ ЕВРОПЕЙСКИХ НАЦИЙ                            ГЛАВНАЯ страница сайта