\ ГЛАВНАЯ /  \ МЫ /  \ ФОРУМ /  \ МЫСЛИ /  \ ГОСТЕВАЯ КНИГА /  \ АРХИВ /
Виктор Феллер

В СМУТУ XXI ВЕКА


ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ
Введение

ЧАСТЬ I. XXI век: ЗАВЕРШЕНИЕ ИСТОРИИ?
ИЮНЬ 1997:
Эскиз гайдаровских реформ и предположения об их ближайших последствиях


МАЙ 1999:
Куда мы движемся? Куда движется весь мир?


СЕНТЯБРЬ 1999:
Размышления о российской истории



ЧАСТЬ II. XXI ВЕК: ЗАКАТ ЕВРОПЫ?
ЯНВАРЬ 2008:
Миф о XXI веке


МАРТ 2008:
Европа или Китай?


АВГУСТ 2008:
Мир 2030 и Россия 2010


ФЕВРАЛЬ 2009:
Германия сегодня и завтра


ОКТЯБРЬ 2009:
Американская Арабская стратегия



ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ВИДЕНИЕ НАЧАЛА ГЛОБАЛЬНОЙ СМУТЫ

ПРИЛОЖЕНИЯ
Приложение 1.
ОСНОВЫ ИСТОРИОЛОГИИ


Приложение 2. ИСТОРИОЛОГИЧЕСКИЕ СХЕМЫ ("ЛИНЕЙКИ")

Литература


Часть I.

XXI ВЕК: ЗАВЕРШЕНИЕ ИСТОРИИ?

ИЮНЬ 1997:

ЭСКИЗ ГАЙДАРОВСКИХ РЕФОРМ И ПРЕДПОЛОЖЕНИЯ ОБ ИХ БЛИЖАЙШИХ ПОСЛЕДСТВИЯХ

ОСНОВНОЙ ВОПРОС ОЧЕРКА:

Какова структура российской экономики, ее конкурентоспособность и ближайшие перспективы российского экономического чуда?

Предварительные замечания

Работа является эскизной, т.е. автор рисует эскиз движущих сил происходящих процессов, структуру экономических центров силы, но не стремится дать точный прогноз и оценку. Главное здесь — дать ход мысли заинтересованному читателю.

Автор исходит из принципа «все существующее разумно», ищет не компромат («кто виноват?»), а «правду» каждого игрока: правительства, центробанка, отраслевых лобби, реформаторов, консерваторов и т.д.

Автор основывает свои рассуждения на ряде посылок, как правило, оптимистичных, среди которых особое значение имеют следующие:

- развитие внутреннего спроса для судеб экономики Казахстана и России более важно, чем наращивание экспорта;

- выравнивание активных мощностей и спроса в «неэффективном» секторе через предстоящий «сброс» мощностей станет первотолчком для начала развития национальных экономик Казахстана и России;

- политика центральных банков, обеспечивающая завышенный курс нацвалют к СКВ, приводит с одной стороны к ускоренному уничтожению соцнакоплений, прежде всего высокотехнологичных, с другой — к ускорению и стабилизации рыночных реформ;

- разделение экономик обеих стран на денежную и квазиденежную (рыночноэффективную и рыночнонеэффективную) половины — это способ лечения основной болезни экономики посткоммунистических стран — ее неконкурентоспособности;

- фактор наличия в Казахстане и России большого числа квалифицированных специалистов и культурной среды высокообразованного общества стратегически важнее факторов материальной технологии и природных ресурсов;

- конкурентоспособность материальной технологии в инвест-секторе и ВПК Казахстана и России является достаточной для прорыва на рынки «дальних» стран;

- возвышение Китая в первой половине XXI века может стать для Казахстана и России самым существенным и в целом позитивным внешним фактором развития, но только в том случае, если обе страны станут настоящими евразийскими державами, т.е. странами, открытыми как Европе, так и Азии

Инвестиционными, «тяжелыми» здесь названы прежде всего отрасли, производящие активную часть основных средств: машины, оборудование, приборы, транспортные средства.

Коротко об истории реформ

Основным в гайдаровских реформах было: освобождение цен и либерализация внешней торговли. Неизбежными следствиями стали: общее сокращение спроса к 1995 году, примерно вдвое, и разделение экономики Казахстана и России на рыночноэффективную, т.е. оплачиваемую нацвалютой и СКВ, и неэффективную, т.е. оплачиваемую льготами, векселями, бартером и неплатежами.

До известных событий октября 1993 года основным средством поддержания рыночнонеэффективной экономики были дешевые кредиты, порождавшие гиперинфляцию. Это, с одной стороны, действительно удержало неэффективный сектор от падения в пропасть, а также усилило реформаторов поддерж-кой банкиров и коммерсантов, создавших бизнес на инфляции. Это, с другой стороны, уничтожило все стимулы к производительному труду.

После событий октября 1993 в Казахстане и России возобладала жесткая финансовая политика. Основными ее механизмами стали: жесткое ограничение денежной массы национальной валюты, и завышение курса нацвалюты к СКВ (доллару и марке) через интервенционистскую политику центральных банков на валютных аукционах.

В результате уже в 1995 году сложилась устойчивая биполярная система, которая с тех пор еще более окрепла:

- экспортеры сырья и материалов, добывая СКВ на мировых рынках, большую часть валютной прибыли вынуждены отдавать, покупая по завышенному курсу нацвалюту. Отобранная у экспортеров валютная прибыль фактически субсидирует импорт, являясь основой завышенной в СКВ зарплаты россиян и казахстанцев, и уходит обратно в дальнее зарубежье в обмен за импортируемые товары и услуги. Именно экспортеры сырья и материалов больше других выиграли от реформ и именно они с 1994 года тянут воз реформ;

- рыночнонеэффективные, прежде всего инвестиционные, отрасли оказались под двойным гнетом, во-первых, из-за резко сузившегося спроса на внутреннем рынке, во-вторых, высокого порога перед выходом на внешний рынок вследствие завышенного курса нацвалюты;

- обе группы отраслей оказались не в силах принципиально изменить сложившуюся систему: первые вынуждены делиться со вторыми, государством и населением, а вторые, еще недавно безраздельно господствовавшие экономически и политически, вынуждены бороться за выживание, теряют кадры и «проедают» оборудование.

Подробнее о структуре экономики

Для целей нашего анализа удачной представляется следующая структурная схема групп отраслей экономики Казахстана и России:

1. «Старые» экспортеры: нефть, газ.

2. «Новые» экспортеры: металл, удобрения, химические продукты, а в Казахстане еще руда, уголь.

3. Отрасли ВПК.

4. Высокотехнологичные инвестиционные отрасли, прежде всего машиностроение, автомобилестроение, тракторостроение, приборостроение и др.

5. Конкурентные отрасли, ориентированные на население: пищевая, легкая промышленность, жилищное строительство и др.

6. Монопольные отрасли, ориентированные прежде всего на население: газо-, электроснабжение и другие отрасли жилищно-коммунального хозяйства, связь и др.

7. Монопольные отрасли, ориентированные на государство: дорожное строительство, государственная медицина, образование и др.

8. Примитивные высококонкурентные отрасли: «челноки», садовые участки и др.

9. Криминальные отрасли: проституция, наркотики, рэкет и др.

10. Современные конкурентные высокоэффективные отрасли: банковское дело, РЦБ, информатика и др.

В настоящее время сложилась биполярная структура экономической власти. В первую группу входят конкурентные экспортоориентированные отрасли, которые являются основным источником бюджетных поступлений, инвестиций и опорой для довольно высокого уровня жизни населения. Это прежде всего «старые», наиболее эффективные, и «новые» экспортеры.

Во вторую группу входят неконкурентоспособные сейчас, но наиболее высокотехнологичные и доминировавшие прежде инвестиционные отрасли и отрасли ВПК. За ними промышленный и кадровый потенциалы, все еще очень значительные.

Первая группа имеет власть, деньги, инициативу. Но если ее не сдерживать, то страна превратится в сырьевой придаток Европы, а потом и Китая. Вторая группа имеет промышленный и все еще многомиллионный кадровый потенциал. Она в силу своего былого величия до сих пор имеет большое влияние на государство. Еще недавно влияние лоббистов этих отраслей приводило к кредитной накачке и перманентной гиперинфляции. Сейчас его влияния хватает на сдерживание амбиций газовиков и нефтяников.

Устойчива ли эта биполярная система, которая сложилась в 1994 году и положила конец гиперинфляции? Думаю, что «да», т.к. власть непримиримого крыла высокотехнологичных отраслей убывает каждодневно из-за появления среди них более эффективных предприятий, практического разорения неэффективных предприятий, окончательного становления государственной финансовой политики и переориентации большей части государственных структур на новых фаворитов — «сырьевиков».

Правда, эта система может быть сломана бурными политическими потрясениями, например, связанными с приходом к власти коммунистов (хотя здесь, скорее всего, будет не сломсистемы, а всего лишь перестановка акцентов в пользу ВПК и машиностроителей, да и то лишь временная). Более опасным представляется резкое падение цен на нефть на мировых рынках. Это сразу же подорвет самый эффективный сектор экономики, снизит жизненный уровень и совершенно обнажит все потери и тяготы населения от вхождения в мировой рынок. Результатом может стать закрытие экономических границ и искусственное восстановление рынков для неконкурентоспособных отечественных товаров. Впрочем, и здесь слом этой системы может вызвать столько болезненных осложнений, например, в отношениях между странами СНГ, что вероятность этого слома даже из-за катастрофы на нефтяных рынках не столь велика, как может показаться.

Эта система имеет один очень эффективный стабилизатор, каким является политика Центрального банка на поддержание заниженного курса доллара по сравнению со свободным рыночным. Это выражается не просто в сохранении естественного разрыва между рублевой инфляцией и ростом курса доллара, т.к. курс доллара, завышенный недавно в десятки раз по сравнению с паритетом покупательской способности, просто обязан падать, приближаясь к этому паритету. Но его естественное падение (т.е. рост курса медленнее темпов рублевой и тенговой инфляции) усиливается целенаправленной политикой ЦБ. Валютные интервенции ЦБ держат курс доллара к «инфляцирующему» рублю практически неизменным.

К чему это приводит? К тому, что экспортеры вынуждены продавать вырученную валюту по заниженным ценам, а внутренние производители, но особенно население, покупают импортные товары на завышенные в долларах доходы и зарплату. Т.е. валютная политика ЦБ на искусственное сдерживание роста курса доллара — это по сути политика перераспределения валютных доходов от отраслей — экспортеров к населению, а через него к производителям потребительских товаров и услуг. Именно в этом секрет неадекватно высокого на сегодня уровня средней зарплаты в России в валютном эквиваленте.

Другим следствием этой политики ЦБ является усиление прессинга на неконкурентоспособный сектор, прежде всего именно отрасли ВПК и машиностроения, т.к. заниженный доллар стимулирует импорт, а экспорт малоконкурентоспособных товаров делает абсолютно неконкурентоспособным.

В итоге мы имеем не просто биполярную равновесную систему, в которой новый фаворит держит на коротком поводке старого, но и старый сдерживает нового. Мы имеем динамичную систему, в которой государство, в лице правительства и центрального банка, отнимает через налоги и валютную политику большую часть прибыли экспортеров и перераспределяет ее населению, а для неконкурентоспособных, прежде всего высокотехнологичных отраслей, поддерживает режим гиперконкуренции, при котором огромные мощности конкурируют между собой на резко сузившемся рынке. Эта политика не только поддерживает социальный мир во время небывалого кризиса перехода от социализма к капитализму, но и, перераспределяя деньги населению, превращает население в реальную экономическую силу — потребителя на рынках не только западного, но и растущего сектора отечественного ширпотреба. Эта политика не только ускоряет процесс ослабления неконкурентоспособного сектора экономики, но и ускоряет приход момента массового обвала мощностей в этом секторе, который, устранив гиперконкуренцию, приблизит время возрождения ныне неэффективных, парализованных конкуренцией из-за избыточных мощностей предприятий этого сектора.

Т.е., будучи в статике биполярной и устойчивой, система в динамике своей включает в себя государство и население, и представляет собой ромб, в котором экспортоориентированные отрасли являются донорами, прежде всего, населения, а через него обеспечивают развитие конкурентных и, после коммунальной реформы, монополизированных отраслей, ориентированных на население: пищевой, легкой промышленности, строительства жилья, газоснабжения и других отраслей ЖКХ. В этом же ромбе высокотехнологичные отрасли поставлены в условия гиперконкуренции и необходимости ускоренного проедания основных средств, прежде всего транспорта и оборудования, а, значит, быстро ослабляются и неумолимо движутся к началу фазы возрождения на новых основах: с мощностями в три-пять раз меньшими докризисных, с рынками сбыта тоже существенно сузившимися, но имеющими большой накопленный за годы инвестиционного кризиса спрос, с небольшими, но уже заметными иностранными инвестициями, с опытом ведения дел на зарубежных рынках и частичным восстановлением позиций ВПК на этих рынках.

В системе динамичного ромба мы видим не только противостояние сырьевиков и машиностроителей, а развитие, которое на плечах сырьевых гигантов сначала выведет на орбиту развития отрасли, ориентированные на население, а через несколько лет «взорвет развитием» и инвестиционные отрасли.

Далее